В сентябре 2012 г. статистика поисковых запросов в Интернете (Яндекс.Вордстат) фиксирует появление нового запроса: «Надежда Павловна Каханова». В последующие годы этот запрос постепенно растет и к 2019 достигает показателей 2 тыс. в месяц, сохраняя этот уровень до настоящего времени. Судя по источникам в интернетлоре – рассказам о «случаях из жизни» на интернет-платформах, форумах и в социальных сетях, обращение к Надежде Павловне Кохановой, включающее особую вербальную формулу, позволяет найти затерявшуюся в доме вещь. Исследование корпуса текстов интернетлора позволяет утверждать, что Коханова – сложившийся персонаж современной актуальной мифологии. В статье рассматриваются генезис и функции этого мифологического персонажа, прецедентный текст («конституирующий миф») ритуализованной практики; прослеживаются распространение этого текста в сети и эволюция представлений о Н.П. Кохановой в интернетлоре; анализируется специфика ритуальной формулы и особенности взаимодействия с персонажем пользователей практики в сравнении с другими, более традиционными мифологическими фигурами, к которым обращаются при поиске потерянных вещей; выявляются факторы, способствующие как росту, так и снижению популярности Н.П. Кохановой; делаются прогнозы относительно будущего этого персонажа и связанной с ним практики в современном российском мифо-ритуальном пространстве. Доказывается, что анализ специфики коммуникации в интернетлоре может способствовать лучшему пониманию механизмов трансмиссии традиции, в том числе устной.

Среди множества современных ритуализованных практик привлечения денег можно выделить группу действий, связанную с хранением предметов в кошельке. В кошелек могут класть ложку-загребушку, кошельковую мышь, лягушку, маленькую подкову, четырехлистный клевер, лавровый лист, денежный узел, иконы и т. д. Многообразие таких «талисманов» связано с интересом к теме улучшения финансового благополучия, на что откликаются производители сувениров. На основе анкетных данных, комментариев из форумов и социальных сетей, изучения предложения на рынке «талисманов», «оберегов», «амулетов» проанализирована прагматика и взаимоотношение знаков, которые существуют внутри кошелька. В работе используется методика Московской этнолингвистической школы, функциональный метод Петра Григорьевича Богатырева, теория ассамбляжа и эмерджентности Жиля Делеза, Феликса Гваттари и Мануэля Деланды. Делается вывод, что кошелек – это особое семиотическое пространство, в котором соединяются семиотические системы разных культур (китайская мифология, славянская традиционная культура, православие и проч.), образуя полифонию знаков и их семантик. Кошелек-ассамбляж собирает внутри себя вещи, которые в его составе формируют динамическую целостность, при этом сохраняют свои индивидуальные черты и создают эмерджентные свойства, возникающие в результате взаимодействия частей в пределах ассамбляжа. Маркетинговые стратегии, откликающиеся на спрос потребителей, играют большую роль в формировании практики, создавая новые знаки и их интерпретации. Исследование показало, что кошелек является ключевым средством ритуализованной практики, усиливающим или продуцирующим свойства вещей.

На улицах российских городов и сел часто можно встретить конструкцию, составленную из двух скрещенных столбов. На одном из них оказываются закрепленными электрические или телефонные провода. Второй столб исполняет роль подпорки для первого. Такие конструкции нередко устанавливаются над тротуарами и пешеходными дорожками. Часто вокруг них образуются тропинки, протоптанные людьми, которые не хотят проходить между скрещенными столбами. Таким образом, пространство, заключенное внутри таких столбов, как бы образует некую символическую границу, которую люди по каким-то причинам боятся переступить. Обход скрещенных столбов в этом случае превращается в ритуализованную практику, направленную на соблюдение этого запрета. Настоящая работа посвящена изучению этой ритуализованной практики. Статья написана на основе данных, полученных в ходе проведенного автором опроса. В исследовании также используются материалы из интернет-источников. В статье обсуждается, насколько известной и распространенной является практика обхода скрещенных столбов в современной российской культуре. Анализируются наименования скрещенных столбов, причины, из-за которых последние считаются опасным объектом, а также негативные последствия, которые могут возникнуть в результате прохода между ними. В статье также анализируются способы защиты от негативных последствий во время прохода между скрещенными столбами или сразу после него.

В статье проблематизируется феномен кризиса свидетельствования о «трудном прошлом» в связи с уходом непосредственных участников и очевидцев событий, а также ростом потребности потомков этих людей к сохранению памяти о них и свидетельствованию от их имени. На примере книги «С моих слов записано верно» (2022 г.) автор анализирует повествовательную структуру сдвоенных рассказов героев книги (19 историй, преимущественно третьего и четвертого поколения), представленных описанием «личного опыта поиска репрессированных» предков и реконструкцией по документам их биографий. Автор пытается ответить на вопрос, что позволяет этим рассказам из уст потомков звучать как убедительные свидетельства от имени предков. Отталкиваясь от содержания текстов, в качестве аналитической рамки автор использует неочевидные для современных исследований памяти методы классической нарратологии, конкретно – «метод Проппа», который позволяет: 1) выявить «жанровое фреймирование» повествований потомков авторами книги; 2) раскрыть многослойность и многомерность смыслов, заложенных в текстах и усиливающих эффект свидетельства, посредством применения категорий и концепций, нетипичных для исследований памяти («мотивировка», «неполнота» / «недостаточность», «антагонист» и др.).

В профессиональном сообществе шахтеров Донбасса существуют представления о Шубине – мифологическом персонаже, живущем в шахтных выработках и обладающем функциями патронажа или вредительства по отношению к горнякам. Образ находит свое отражение в вербальных формулах и фразеологизмах, нарративах о генезисе, городских легендах о предупреждениях горного духа или чудесном спасении от обрушения горной породы. Благодаря медиатизации, мемориальной и музейной культуре, образовательно-патриотической работе со стороны властей и различным видам дискурса образ Шубина стал известен и за пределами субкультуры, по большей части сконцентрированной вокруг шахтерских регионов. Мифологический персонаж также используется в «фольклорном брендинге» – в политических нарративах, пользовательских никнеймах и названии музыкальной группы, а также нейминге продукции местных предприятий. Статья посвящена анализу бытования мифа о Шубине в шахтерском сообществе Донбасса: формам, жанрам, характеристикам мифологического персонажа по схеме описания Л.Н. Виноградовой и С.М. Толстой. В статье анализируется, как трансформируется образ Шубина при переходе из субкультуры в культуру, а также описывается бытование мифа в медиапространстве.

Сон Богородицы – один из самых популярных апокрифических текстов в народной среде. В этой работе мы обратимся к бытованию «Сна» в среде старообрядцев Кировской области. Нас будет интересовать, что, как и когда говорили об этом тексте. Кроме того, мы проанализируем зафиксированные археографами в регионе двадцать списков «Сна Богородицы». Материалом для статьи послужили экспедиционные наблюдения автора в 2008–2010, 2015 гг., архивные материалы Межкафедральной археографической лаборатории МГУ, а также рукописи, полученные на Вятке в экспедициях Библиотеки Академии наук, Пушкинского Дома и Лаборатории археографических исследований УрФУ. Для анализа прагматики текста мы сфокусировались на заговорной части апокрифа и проанализировали глаголы, с помощью которых читателю/владельцу текста предписывается определенное поведение в отношении этого текста. При анализе практик в отношении текста мы опирались на устные свидетельства респондентов, данные полевых дневников и результаты собственного включенного наблюдения в регионе. Большинство наших собеседников знают об этом апокрифе, хранят дома, читают сами, списывают его для близких и родных. Некоторые грамотные наставники из числа филипповцев резко осуждают этот текст.

Статья носит обобщающий характер и подводит итоги в изучении основополагающих понятий (объем, содержание, специфика и границы) одной из самостоятельных областей русской народной словесности – детского фольклора, главные достижения в собирании и изучении которого принадлежат ХХ в. Они связаны прежде всего с именем выдающегося фольклориста Г.С. Виноградова, который первым обратился к истолкованию понятия «детский фольклор» и предвосхитил мировую фольклористику в изучении детской словесности. В развитии фольклористики детства особо выделяется роль Виноградовских чтений. 1970-е гг. становятся временем, когда детский фольклор начинает издаваться репрезентативными фундаментальными научными собраниями, а не в составе общефольклорных сборников, как это было долгое время. Важный этап – появление школьного фольклора, связанного прежде всего с именем А.Ф. Белоусова и выходом в свет составленного им сборника «Русский школьный фольклор. От “вызываний” Пиковой Дамы до семейных рассказов» (1998), в котором школьная культура предстала широко и многопланово. В отличие от классического детского фольклора, школьный фольклор – городской по преимуществу. Жанры городского школьного фольклора относятся к тем явлениям, которые определяются термином «постфольклор», принадлежащим С.Ю. Неклюдову. В статье предлагается авторское определение термина «детский фольклор», называются специфические качества, присущие этому виду творчества. Отдельное внимание уделяется сравнительно недавно введенному в научный оборот жанру – «играм в страну-мечту», своеобразным детским утопиям.