folkloreФольклор: структура, типология, семиотикаFolklore: Structure, Typology, Semiotics2658-5294РГГУ10.28995/2658-5294-2022-5-3-99-113folklore-255Research ArticleСТАТЬИPAPERSАзырен, Киямат, души усопших: персонификация смерти в марийской мифологииAzyren, Kiyamat, souls of the dead people. The personification of death in the Mari mythological cultureУстьянцевГ. Ю.UstyantsevH. Yu.

Герман Юрьевич Устьянцев

119192, г. Москва, Ломоносовский пр-т, д. 27

Herman Yu. Ustyantsev

bldg. 4, bld. 27, Lomonosov Av., Moscow, 119192

ustyan-93@mail.ruМосковский государственный университет им. М.В. ЛомоносоваLomonosov Moscow State University2022310120235399113Copyright © Устьянцев Г.Ю., 20232023Устьянцев Г.Ю.Ustyantsev H.Y.Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://folklore.elpub.ru/jour/article/view/255

В статье на основе полевых материалов автора и анализа этнографической литературы описаны характеристики нескольких персонажей марийского фольклора, связанных с сюжетами о смерти и «проводах» покойника. В числе данной категории персонажей «ангел смерти» Азырен (Азрени), божество «загробного мира» Киямат и духи усопших людей. Эти персонажи выполняют функцию «проводников» в царство мертвых и предвестников смерти. Одна из ипостасей бога Киямата в фольклоре – Киямат-тöра – покровитель усопших. Другая ипостась божества смерти, Киямат-саву́ш, выполняет роль «провожающего» на «на тот свет». Персонажи Азырен и «покойники с того света», как правило, являются героями несказочной прозы (легенд, быличек) и не считаются объектами культа. Образ Киямата, напротив, сакрален, с ним связаны некоторые традиции поминального ритуала. Киямата (кияматов) почитают в дни поминовения усопших и в процессе проводов покойника. Образ духа Азырен имеет демоническую сущность: его носители традиции приравнивают к «нечистой силе». Важно отметить, что, несмотря на семантическую связь «персонажей-проводников» с иномирным пространством и хтоническими локусами, в марийской мифологии они не выполняют функцию устрашения, присущую другим демонам. Их роль в культуре сводится к тому, чтобы увести душу покойника, не нарушая естественных границ между мирами живых и мертвых.

The article, based on the author’s field materials and the analysis of ethnographic literature, describes the features of several Mari folklore characters, who are associated with plots about death and the “wires” of the deceased. This character category includes the “angel of death” Azyren (Azreni), the deity of the “afterlife” Kiyamat and the spirits of deceased people. These characters have the function of “guides” to the “afterlife” and harbingers of death. One of the hypostases of Kiyamata – the god Kiyamat-tyura, appears in folklore as the patron saint of the deads. Another hypostasis is Kiyamat-savush. He performs the role of seeing off to “the next world”. Some of these mythological characters are presented in narratives abstractly, the others are visualized more detailed. Azyren and the “deads”, as a rule, are heroes of non-fabulous prose (legends, epics and fairy tales), they are not considered to be the objects of worship. The image of Kiyamat, on the contrary, is sacred, and some traditions of the memorial ritual are associated with him. Kiyamat (kiyamats) is revered during the ceremonies devoted to a deceased person. The image of Azyren has demonic essence. He is believed to be the “evil spirits” and he scares alive people. Despite the semantic association between the spirits of death and the chthonic world, they do not perform the function of intimidation as other demons do. Their role in the folklore is to take away the soul of the deceased without violating the natural boundaries between the worlds. The article includes historiographical descriptions of these characters, etymological and comparative data, fragments of interviews.

КияматАзыренКиямат-савушКиямат-тöрамарийский фольклорперсонификация смертимарийская несказочная прозасмерть в фольклореKiyamatAzyrenKiyamat-savushKiyamat-tyuraMari folklorepersonification of deathMari non-fabulous prosedeath in folkloreАвтор выражает благодарность Г.И. Александрову и Т.Ю. Григорьевой за помощь в сборе и обработке полевого материала.The author expresses gratitude to G.I. Alexandrov and T.Y. Grigorieva for their help in collecting and processing the field material.ReferencesЗеленин 1995 – Зеленин Д.К. Избранные труды: Очерки русской мифологии: умершие неестественной смертью и русалки. М.: Индрик, 1995, 432.Kaliev, Yu.A. (2003), Mifologicheskoe soznanie mari. Fenomenologiya tradicionnogo mirovospriyatiya [Mythological consciousness of the Mari. The phenomenology of the traditional worldview], Mari State University, Yoshkar-Ola, Russia.Калиев 2003 – Калиев Ю.А. Мифологическое сознание мари: Феноменология традиционного мировосприятия. Йошкар-Ола: Марийский государственный ун-т, 2003. 216 c.Mochalova, V.V. (2002), “Jewish demonology. Folklore and literary tradition”, in Mezhdu dvumya mirami: predstavleniya o demonicheskom i potustoronnem v slavyanskoi i evreiskoi traditsii [Between two worlds. Ideas about the demonic and otherworldly in the Slavic and Jewish traditions], Academic Series, Moscow, Russia, pp. 101–137.Мочалова 2002 – Мочалова В.В. Еврейская демонология: фольклор и литературная традиция // Между двумя мирами: представления о демоническом и потустороннем в славянской и еврейской традиции / Отв. ред. О.В. Белова. М.: Академическая серия, 2002. C. 101–137.Petrukhin, V.Ya. (2005), Mify finno-ugrov [Myths of the Finno-Ugrians], Astrel AST, Transit Book, Moscow, Russia.Петрухин 2005 – Петрухин В.Я. Мифы финно-угров. М.: Астрель АСТ: Транзиткнига, 2005. 463 с.Salmin, A.K. (2007), Sistema fol’k-religii chuvashei [System of the folk religion of the Chuvash people], Nauka, Saint Petersburg, Russia.Салмин 2007 – Салмин А.К. Система фольк-религии чувашей. СПб.: Наука, 2007. 605 с.Sebeok, T.A. and Ingemann, F.J. (1956), Studies in Cheremis. Supernatural, Wenner Gren Foundation, New York, USA.Тойдыбекова 1997 – Тойдыбекова Л.С. Марийская языческая вера и этническое самосознание. Joensuu: University of Joensuu, 1997. 335 с.Semenov, T.S. (1893), Cheremisy. Etnograficheskij ocherk [The Cheremis people. Ethnographic essay], Printing house of A. I. Snegireva, Moscow, Russia.Sebeok, Ingemann 1956 – Sebeok T.A., Ingemann F.J. Studies in Cheremis. Supernatural. N.Y.: Wenner Gren Foundation, 1956. 360 p.Toydybekova, L.S. (1997), Mariiskaya yazycheskaya vera i etnicheskoe samosoznanie [Mari Pagan faith and ethnic identity], University of Joensuu, Joensuu, Finland.Walker 2003 – Walker S.W. Redemption from hazardous vows in Turkish folklore // The Journal of American Folklore. 2003. Vol. 116. No. 460. P. 206–211.Walker, S.W. (2003), “Redemption from hazardous vows in Turkish folklore”, The Journal of American Folklore, vol. 116, no. 460, pp. 206–211.Zelenin, D.K. (1995), Izbrannye trudy. Ocherki russkoi mifologii: umershie neestestvennoi smert’yu i rusalki [Selected works. Essays on Russian mythology. Those who deceased an unnatural death and Mermaids], Indrik, Moscow, Russia.Zelenin, D.K. (1995), Izbrannye trudy. Ocherki russkoi mifologii: umershie neestestvennoi smert’yu i rusalki [Selected works. Essays on Russian mythology. Those who deceased an unnatural death and Mermaids], Indrik, Moscow, Russia.

The authors declare that there are no conflicts of interest present.